22.05.13
Налог равноправного распределения – Вернуть зарплаты на путь роста

Франк Хоффер предлагает такой механизм налогообложения, который теоретически "обеспечил бы честную конкуренцию и устранил бы возможность извлечения максимальной прибыли посредством занижения заработной платы". В своей статье автор утверждает, что компании должны делиться экономическим выигрышем от повышения производительности труда со своими работниками.  


В течение последних нескольких десятилетий выгоды от повышения производительности труда в большинстве стран не распределялись честно. Возникший в результате этого рост неравенства стал одной из глубинных причин кризиса. Политика жесткой экономии и дальнейшие агрессивные сокращения заработной платы в настоящее время еще более усугубляют проблему. Поскольку рост оплаты труда постоянно плетется в хвосте долгосрочного роста производительности, правительствам необходимо действовать, чтобы вернуть экономику на путь более сбалансированного роста. Прибыль, получаемая за счет монополизации экономического выигрыша от повышения производительности труда и лишения трудящихся соответствующего прироста заработной платы, должна облагаться специальным налогом. Такой «налог равноправного распределения» (T4E) обеспечил бы честную конкуренцию и устранил бы возможность извлечения максимальной прибыли посредством занижения заработной платы.


Рост производительности, приносящий пользу всем
Для обеспечения равноправного и устойчивого роста выигрыш от повышения производительности труда должен делиться между капиталом и трудом. Чтобы это происходило, необходимо, чтобы рост реальной заработной платы хотя бы соответствовал долгосрочному росту производительности труда. Так как центральные банки устанавливают некий целевой уровень инфляции, номинальный рост заработной платы, таким образом, должен равняться сумме национального роста производительности труда и целевого уровня инфляции Центробанка. Вследствие такой сбалансированной нормы оплаты труда, возросшая продуктивность будет поглощаться более высоким совокупным спросом, возникающим в результате одновременного повышения заработной платы и прибыли. Отставание роста заработной платы от роста производительности труда ведет либо к дефляции, как это наблюдается в Японии, либо к агрессивной стратегии достижения профицита во внешней торговле, как в Германии, либо – если цены оказываются твердыми – к снижению реальных зарплат, совокупного спроса, объемов производства и уровня занятости. Ввиду того, что рынки не сумели обеспечить такого сбалансированного роста заработной платы, необходимо политическое вмешательство, чтобы остановить это макроэкономически нежелательное сдерживание роста оплаты труда. Во многих странах сдерживание роста зарплат достигалось посредством ослабления системы коллективных переговоров, беспрецедентного распространения неустойчивых форм занятости и создания крупных незащищенных секторов с низкой оплатой труда.


На пути к рациональному определению уровня оплаты труда
Профсоюзы слишком слабы, чтобы обеспечить справедливое распределение экономического выигрыша от повышения производительности труда, и решения правительств расширить правовое поле для использования незащищенных форм труда еще серьёзнее ухудшили положение. Недостаточно высокие темпы роста заработной платы привели к мировому дефициту совокупного спроса. Во избежание дальнейшего дефляционного давления на заработную плату и политики, основанной на принципе «пусти ближнего своего пó миру», предприятия должны прекратить злоупотреблять своей позицией силы на рынке труда и перестать вынуждать работников, находящихся в отчаянном положении, соглашаться на низкие зарплаты. Необходимо исправить дисбаланс в расстановке сил на рынке труда, который ведет к еще большему росту неравенства и разрушительным макроэкономическим последствиям. В условиях заниженных зарплат даже повышение прибыли не ведет к росту инвестиций, потому что инвестиционные решения опираются не столько на прибыль прошлых периодов, сколько на ожидания прибыли в будущем.


Сложившаяся на данный момент практика установления заработной платы позволяет непроизводительно работающим предприятиям оставаться на плаву, получая de facto субсидии от работников на оплату труда. Это оказывает на общую продуктивность экономики такое же отрицательное воздействие, как и другие субсидии, искусственно поддерживающие на рынке деятельность неконкурентоспособных предприятий. С точки зрения предприятия, нет никакой разницы между субсидией, получаемой от государства, и согласием работников трудиться за меньшую зарплату. Как и другие субсидии, уступки в области зарплаты могут быть оправданными как чрезвычайная мера, необходимая для смягчения экономических потрясений, но они никогда не должны становиться постоянными.

В свете неспособности рынка поддерживать достойные темпы роста заработной платы, возникает необходимость в политике, которая сможет остановить эту социально и экономически негативную тенденцию. Правительства должны поддержать систему более централизованного или скоординированного установления заработной платы. Одним из эффективных способов стало бы налогообложение, лишающее предприятия стимулов к тому, чтобы опускать зарплаты ниже нормы, соотнесенной с уровнем производительности труда. Любые средства, сэкономленные в результате достижения более низких номинальных трудовых затрат на производство единицы продукции посредством оплаты труда по ставкам ниже такой нормы, должны облагаться высоким налогом. 



Налогообложение демпинга в области заработной платы
Как это могло бы работать? Каждое предприятие передавало бы в налоговые органы информацию о почасовой ставке оплаты труда своих сотрудников. Разница между повышением средней почасовой ставки заработной платы, фактически уплачиваемой всем работникам, за исключением руководящего состава, и нормой заработной платы будет облагаться налогом равноправного распределения (T4E).

С введением налога T4E, компании, недоплачивающие своим работникам – то есть, повышающие зарплату на процент ниже нормативного – должны будут заплатить 75-процентный налог на средства, сэкономленные путем такого занижения оплаты труда работников. Ставка налога не должна равняться 100 процентам, поскольку могут возникать ситуации, оправдывающие небольшое отклонение от нормы оплаты труда. Налог T4E создает мощный стимул для разделения благосостояния между работниками и работодателями, и можно предположить, что он поддержит процессы коллективных переговоров. Работодатели, вероятное всего, предпочтут дать своим работникам мотивирующую прибавку к зарплате вместо уплаты более высоких налогов, и, поскольку один недоплаченный работнику доллар даст экономию лишь в 25 центов, экономическое обоснование сдерживания роста зарплаты станет гораздо слабее. Работники также почувствуют себя более уверенно в своих требованиях справедливой оплаты труда, поскольку это будет поддерживаться государственной налоговой политикой. При этих новых правилах игры договоренностей с работниками об оплате труда ниже нормы можно будет ожидать только в крайне трудной экономической ситуации. Высокая ставка налога будет применяться только к тем средствам, которые были сэкономлены посредством заниженной оплаты труда работников. Как следствие, она будет создавать дополнительное «налоговое бремя» только для предприятий, получающих экономическое преимущество благодаря нечестной практике трудовых отношений. Этот налог не заменит собой коллективных переговоров как механизма установления зарплаты. Работодатели смогут по собственной воле решать, делиться ли им выгодой от повышения производительности труда со своими работниками, выплачивая им адекватную зарплату, или с обществом в целом, уплачивая налог T4E. Однако их способность добиваться конкурентного преимущества благодаря субсидиям по зарплате, которые они получают от своих работников, будет сильно ограничена. Но разве работодатели не попытаются обойти этот налог путем дальнейшего расширения аутсорсинга? Нет ни единого налога, который бизнес не пытался бы так или иначе обойти, но поскольку этот налог применялся бы ко всем работодателям, включая агентства занятости, он не создал бы дополнительных стимулов к использованию аутсорсинга.


Этот налог укрепил бы конкурентную позицию высокопроизводительных предприятий, которые делятся экономическим выигрышем от повышения производительности со своими работниками. Налог T4E укрепил бы рыночную позицию лучших предприятий и в экономическом, и в социальном плане и позволил бы им расти быстрее, поскольку им не пришлось бы страдать от нечестной конкуренции, основанной на демпинге в области зарплаты. Он бы в огромной степени снизил мотивацию работодателей к злоупотреблению своим влиянием на рынке труда. Этот налог ускорил бы структурные реформы и заставил бы непродуктивные предприятия уйти с рынка. Поскольку быстрый рост производительности труда является наилучшей гарантией повышения благосостояния, это и является целью и, в принципе, желательно. Однако в связи с реструктуризацией могут возникать краткосрочные потребности, которые затрудняют соблюдение нормы по повышению зарплаты в тот или иной конкретный год. Поэтому предприятиям должна быть предоставлена возможность затребовать освобождение от налога на срок не более двух лет в пределах каждого десятилетия, если таковое требование согласовано с представителями работников или, в их отсутствие, одобрено двумя третями рабочего коллектива.


Может ли это сработать?
Но не лишит ли налог T4E людей работы, повысив цену рабочей силы? В рамках господствующей экономической теории объяснением нищенской зарплаты служит предельно низкая производительность труда работника, а причиной безработицы являются заработные платы на уровне выше того, при котором спрос на рынке труда соответствует предложению. Любое повышение затрат на рабочую силу сверх уровня, при котором рынок сбалансирован, принесет выгоду одним, лишив работы других. Однако нынешний кризис, при котором миллионы высококвалифицированных людей не могут найти работу вообще, сколько бы за нее ни платили, доказывает, насколько ошибочна эта мантра неоклассических экономистов. Она предполагает, что уровень занятости определяется на рынке труда, тогда как в реальном мире он зависит от уровня совокупного спроса. Последний определяется по формуле: инвестиции + объем потребления + стоимость экспорта – стоимость импорта. Сторонники незащищенного рынка труда пока что не смогли представить убедительных свидетельств того, что более низкий уровень зарплат или более высокий уровень дисперсии зарплат привел к более высоким показателям занятости. В конечном счете, повышение уровня занятости посредством сдерживания роста заработной платы срабатывает только в том случае, если повышает международную конкурентоспособность и дает положительное сальдо торгового баланса. Однако конкурентоспособность – термин относительный, и одна страна может достичь конкурентоспособности только тогда, когда другая страна ее теряет, как утверждает Ёзлем Онаран в своей статье, недавно опубликованной на страницах Глобальной трудовой колонки; планета Земля – это закрытая экономика, и не все страны могут продавать больше, чем они покупают.

Но не является ли налог T4E просто еще одной славной идеей, которую невозможно реализовать в эпоху глобализации? Нет, не является. Глобализация не оказывает прямого воздействия на заработную плату в секторах экономики, продукция которых не реализуется на международных рынках, а именно в этих секторах во многих странах наблюдалась самая унылая картина, если говорить о динамике зарплат. Говоря об экспортном секторе, было бы, безусловно, желательно, чтобы ни одна конкретная страна не ставила себе целью достижение постоянного профицита своего торгового баланса. Было бы оптимально, если бы после исправления сложившихся дисбалансов, все страны на совокупном уровне начали бы следовать ориентированной на производительность политике в области заработной платы. Однако в отсутствие международно координируемых корректировок обменных курсов валют или там, где это оказывается совсем невозможным, стратегическое использование Налога на добавленную стоимость (НДС) позволило бы странам проводить ориентированную на производительность и равноправное распределение политику в области зарплаты. Правительства всегда могут, не затрагивая общего уровня поступлений в бюджет, повысить НДС и снизить незарплатные компоненты затрат на рабочую силу. Экспортная продукция стала бы более конкурентоспособной, а относительные цены на импортные товары стали бы выше. Оба фактора помогли бы бороться с практикой нечестной торговли, основанной на занижении заработной платы.


Безоглядное снижение зарплат и выжимание последних соков из бедняков не только предосудительно с точки зрения морали, это просто не срабатывает как путь выхода из кризиса. Когда старые рецепты не помогают, нам уж точно не нужна новая порция других таких же. Налог T4E дает возможность восстановить равновесие в наших национальных экономиках и в наших обществах, наказывая практику демпинга в области зарплаты, вознаграждая наиболее конкурентоспособные предприятия и обеспечивая справедливую оплату труда. 


[1] Я хотел бы поблагодарить Патрика Белсера, Жанин Берг, Экахрда Хайна, Пьера Лалибертэ, Саньхьён Ли, Николаса Понс-Виньона, Ахима Трюгера и Лесли Уолкера за их комментарии к более раннему черновому варианту это статьи.

Скачать статью в формате PDF

Франк Хоффер является старшим научным сотрудником Бюро по деятельности трудящихся МОТ. Он пишет как частное лицо.



Источник: Глобальная трудовая колонка

Твитнуть Поделиться на Facebook Поделиться ВКонтакте